Новости
вернуться к блогуАрхитектура говорит на языке местности
5 стран и 5 архитектурных диалектов. Мы проанализировали строения на разных точках земного шара и расскажем, почему архитектура Японии и Германии – это две разные архитектуры.
Форма и материалы построек продиктованы географией местности, культурой, способом населения взаимодействовать между собой. Все это важно видеть и учитывать в работе.
Каждый наш международный проект – это исследование различий страны, поиск её настроений. Объект мыслится в контексте ландшафта. Стоит задача не только погрузиться в него, но определенным образом даже улучшить.
Япония
Строения Японии – место паломничества архитекторов. Если обычные дороги ведут в Рим, то дороги за вдохновением – в Страну Восходящего Солнца.
Сущность японской традиции в простоте. Визуальный язык архитектуры лаконичный, но в этом его красота.
Японцы учат нас подходить к архитектуре осмысленно и… экономить. Высокая плотность населения и ограниченность пространства сделали здания рационально спланированными.
Основоположные точки в архитектуре – естественный свет и взаимодействие внутреннего и внешнего пространств.
Дома реагируют на погоду. Из-за угрозы землетрясений конструкции массивные, устойчивые, выносливые.
Несмотря на то, что половина современной Японии – это бетонно-стеклянные гиганты со стальными каркасами, страна сохраняет статус «деревянной». Дерево указывает на связь с природой и традициями – две важные вехи восточной философии.
Слово «природа» («сидзэн») на японском значит «быть в гармонии со средой». Если европеец стремится управлять ресурсами, японец воспринимает себя как часть природы и живет по ее правилам. В архитектуре это отображается через уважение к фактурам, истории места, топографическим особенностям.
Япония повлияла на мировоззрение Европы, послужив конструктом для западной архитектуры. За последние несколько лет местные архитекторы оказывались главными героями Притцкеровской премии. 2011 год принес награду SANAA, затем были отмечены Тойо Ито и Сигэру Бан.
Великобритания
В современной архитектуре чувствуется эхо Фостера и Роджерса – много стали и стекла. Конструкции визуально лёгкие, невесомые, часто из частиц разной геометрии. Несмотря на высокую технологичность, здания поражают естественностью и органичным входом в ландшафт.
Архитектура как социальное искусство.
Строения адаптируются под человека, рождаясь из его потребностей. Мы видим гибкое, функциональное планирование. Викторианский стиль и кирпичные постройки, как в сериале о Шерлоке, эволюционировали в более простую, технологичную форму.
Экологичность стала частью эстетики здания. Архитекторы борются с зависимостью конструкций от электричества, максимально эффективно используя естественное освещение.
Объектом всепоклонения все так же остается огуречная башня Сент-Мэри Экс и её сетчатый скелет.
Германия
Здания – апологет функции как фундаментальной потребности архитектуры. Функции подчиняются форма и материалы построек.
Чистая геометрия и гигантские пропорции.
Строения-тяжеловесы. От западных соседей отличаются объемом, закрытостью и монолитностью.
«Облегченная» немецкая архитектура представлена в лице Фрая Отто. Своими объектами архитектор наглядно показывает, как минимальными средствами достичь максимума целей. Отсюда и корни знаменитых тентовых и мембранных конструкций.
Олимпийский комплекс в Мюнхене, Отто Фрай.
Важный элемент – энергетическая эффективность зданий. Глагол «потреблять» архитекторы пытаются заменить на «производить», и это здорово.
Немцы не любят наделять архитектуру цветом. Фасады часто голые, монохромные. По этому поводу не только шутят, но и начинают проекты. Cтудент Поль Эйс фотографирует монументальные здания Берлина и Гамбурга, чтобы добавить им красок.
Цвета подчеркивают, насколько интересны и уникальны немецкие здания.
США
Экспрессивная природа зданий. Если строения голландцев или шведов «скромны», Америка разнообразна и немного калейдоскопичная. Здесь мало «нет» и много «да».
Архитектура-перформанс, что не боится сочетаний – это Том Мейн. Его конструкции сложные, угловатые, немного резкие, но функциональные и практичные.
Рафинированный модернизм в традициях Ле Корбюзье создает Ричард Мейер. Архитектор увлечен математикой, и это заметно по строгим геометрическим сеткам. В цвете однообразие – обязательно белый. Мейер говорит, это метафора. Белый как граница между творениями человека и природы.
Визуальные эксперименты с формой и материалами характерны для больших городов.
Несмотря на разнообразие смелых проектов, их визитной карточкой остаются небоскребы. Нью-Йоркская знаменитость – «столб» 432 Park Avenue – самое высокое жилое здание в мире (426 метров).
В пригородах 9 из 10 строений по-братски схожи. Дерево – основной материал как обычных построек, так и модульных эко-домов в стиле «собери сам».
Украина
Из года в год архитектурный язык нашей страны прогрессирует, становится более минималистичный. Мир очень перенасыщен, и человек инстинктивно тяготеет к простоте.
Люди больше путешествуют, смотрят, учатся понимать современную архитектуру. О бетонных стенах не говорят «не хватило денег, чтобы покрасить» – и это уже шаг.
Здания редуцируют в форме. На первый план выходят детали и материалы. Четверка фаворитов – бетон, сталь, стекло, дерево.
Важный момент – единство экстерьера и интерьера. Дом не заканчивается фасадом. Это целостный объект, внешняя обертка которого зависит от того, что внутри.