Секретные материалы Сергея Махно. Керамика

Знакомство с керамикой

Я еще застал времена, когда мои бабушка с дедушкой использовали керамическую посуду. Приезжая летом к ним на каникулы (в село на Полтавщину), я пил молоко с «глечиков» и ел картошку с глиняных «мисок». В детстве, конечно, эти изделия меня мало интересовали, приятные ощущения от контакта с природным материалом я получал неосознанно, на уровне эмоций. Когда стал увлекаться дизайном, по-новому взглянул на маленькие шедевры украинского быта.

Я взрослел, и мир керамики меня все больше притягивал. Каждая поездка на Полтавщину превращалась в экспедицию – «искание» старинных керамических сокровищ. С тех пор я коллекционирую «глечики», «горщики», «макитры», «миски».

Вроде бы простое, незатейливое народное творчество, а сколько в этих орнаментах, цветах и формах внутренней энергии! Когда открыл архитектурную мастерскую, начал свозить керамические находки туда. Расставлял предметы на полках в кабинете, «переговорке» – чтобы радовали глаз и вдохновляли, конечно же.

Глина меня подкупила своей природностью. Еще больше я осознал уникальность керамических изделий, когда самостоятельно сделал посудину, прожил процесс её сотворения от начала до конца. Магия гончарного круга, выпекание в «горне» (земляной печи) – эти процессы очень трансцедентальны.

Когда слышишь треск керамики в печи, наблюдаешь за её рождением – не покидает ощущение, будто все поколения предков сопереживают этот момент вместе с тобой.

Меня вдохновляет трипольская культура. Кажется, это было так давно (да что там – в прошлой жизни!), но уже тогда мастера создавали уникальные керамические изделия, невероятных форм и объемов. Наследие этого удивительного пласта истории ученые расшифровывают до сих пор.

Декоративные орнаменты керамики – зеркало жизни людей тех времен. Благодаря старинным сосудам, мы можем посмотреть на Вселенную глазами трипольцев, увидеть религиозные символы и природные явления. Орнаменты также отражают повседневную жизнь, культ земли, растения, животных, что охраняли священный урожай.

Пощупать и подержать в руках сокровища Триполья мне удалось на антикварном слете (периодически проходит в Киеве, загляните). Занятное действо. Отдаленно напоминает барахолку, только вот в роле продавцов – археологи, что приторговывают тысячелетними сосудами. Мне никогда не удавалось уйти оттуда с пустыми руками – всегда найдется вещица, достойная внимания. Помню, первый раз купил один интересный трипольский сосуд. Позже жена подарила мне еще три. Сейчас они украшают мой кабинет, удивляют гостей и вдохновляют меня.

Интерес к украинской керамики был настолько большой, что я начал изучать региональные школы.

Мои любимые центры керамики – это Косов и Пистынь в Ивано-Франковской области, Опошня на Полтавщине.

В одном из живописных уголков Украины, на Гуцульщине, возникло особое направление – изразцовые печи («мальовані печі»). Меня сложно удивить, но когда я увидел старинные фотографии гуцульских «хат», был поражен синтезом искусства и быта.Интерьеры очень декоративные, насыщенные орнаментами. И главное – эти «нарядные» многоярусные печи стояли в домах простых селян (!), выполняя утилитарные функции (служили для обогрева жилища, были теплым ложем и местом для приготовления пищи).

Изразцы можно рассматривать часами, а чтобы расшифровать их сюжеты, целой жизни мало. Даже если рисунок повторяется, то в новой интерпретации. Вместе они создают яркую феерию сплетений: растения, человеческие фигуры, звери, птицы превращаются в целостную композицию. На изразцах изображали как ежедневный быт, так и выдумки, мечтания. Фантазии могли перетекать в реальность, а реальность – в фантазии. Не обходилось без религиозного подтекста.

Каждый изразец – законченная картина, отдельный мир образов и персонажей. Это настоящий праздник узоров и красок.

Гуцульские мастера славились не только изразцами, но и невероятной красоты домашней утварью: горшками, кувшинами, мисками, чашками. Пару лет назад на антикварном слете я купил цветастую косовскую тарель. На ней даже была подпись мастера (что очень ценно, ведь большинство произведений гуцулов остаются анонимными).

Если отмотать время на пару столетий назад (к 17-19 ст.) и попросить людей рассказать о Полтавщине, то, скорее всего, услышим, что это богатый на гончарные цеха край. Филигранные работы местных жителей славились не только на нашей земле, но и за рубежом. Известные ремесленные центры тех времен – Опошня, Миргород, Глинск, Зиньков.

Я не преувеличу, если скажу, что Опошня была керамической столицей Украины. 18-19 ст. в селе работали более 1000 мастеров!

Когда я приехал в Опошню и зашёл в Музей гончарства, то едва мог вымолвить слово от эмоций. Я чувствовал гордость, что на моей полтавской земле создавали предметы такого высокого уровня мастерства и качества. Рассматривая фотографии гончарных ярмарок 18-19 ст., даже узнал на них свои макитры!

Опошнянские мэтры (Иван Билык, Василий Омельяненко, Михаил Китриш) влюбили меня в зооморфную скульптуру. Домой с Музея гончарства я тогда вернулся с трофеем – работой великого Омельяненка, купленной в музейном магазине. Всегда приятно вспоминать этот «первый кирпичик» в моей будущей коллекции. Теперь на всех блошиных рынках, слетах и ярмарках я ищу баранчиков, козликов, львов, медведей и других зверей, образы которых популярны в зооморфной керамике. За 5 лет у меня в офисе поселилось больше 70 чудо-зверей.

Образцы старинной керамики сохранились во многих селах Полтавщины. В деревне, где жили бабушка с дедушкой, мне удалось найти экземпляры с уникальной росписью и эмалями, интересными техниками декорирования. Эта красивейшая украинская посуда со мной уже около 17 лет. Сначала она украшала мою старую квартиру, потом первую мастерскую и, наконец, перекочевала в новый офис.

Со времени первой поездки в Опошню прошло много времени. Я успел побывать в Японии, много для себя открыть и многому научиться. Пообщавшись с мастерами Страны Восходящего Солнца, я познал тонкости производственного процесса керамики, научился лучше ладить с материалом.

Сейчас использую керамику в предметном дизайне. В студии мы разработали коллекции светильников, посуды, плитки, настенных панелей.

За многие годы керамика стала неотъемлемой частью как моей работы, так и меня самого.

Когда меня спрашивают, что из уже созданного «самое любимое», очень трудно ответить. Каждый предмет – это твоя эмоция, запечатленная в глине, некое состояние, в котором ты жил тогда.

Многое связывает меня со светильником «Бубенцы».Идея пришла спонтанно. Помню, был в музее и увидел на вышиванке необычные пуговицы. Понравилась аутентичная форма. Через некоторое время на антикварной барахолке, среди гор монеток-крестиков-амулетов, снова встретил бубенчики. Воспринял как знак. К тому же, продавцы долго рассказывали историю предмета (раньше бубенчики использовали в украшениях). Домой я ехал с купленными бубенцами, рисуя в машине эскиз будущего светильника. На следующий день мы с керамистом запустили проект.

Мое увлечение керамикой переросло в целую галерею – «Sergey Makhno Gallery» (ред. пространство, в котором «живут идеи» открыли в феврале 2016 г). Но я знаю, что это только начало большого пути. Впереди ждут новые керамические открытия!